<<
>>

Второй уровень сигнальных систем

Усложнение психической деятельности осуществляется поэтапно, по мере обогащения «образного и вербального хранилища». Это обо-гащение на каком-то этапе и приводит к скачку в развитии, связанному с возможностью произвольно вызывать образы, оперировать ими, обобщать, создавать знаки и символы.

Следует отметить, что системы знаков есть и у животных, а символы имеют место лишь в человеческой культуре.

Именно наличие специфических, искусственных знаков, а затем и символов создает существенное отличие человека от животных, что было показано в многочисленных работах, последовавших вслед за исследованиями Выготского, а также других авторов.

Ребенок овладевает речью в возрасте примерно от полутора до пяти лет, приобретая при этом способности к человеческому мышлению и общению. У ребенка формируются интеллектуальные способности, которые необходимы для овладения языком. Под языком, помимо устной речи, подразумевается владение и письменной речью, важным материализованным аналогом речи. Это необходимо для дальнейше- го развития и приобщения уже не только к опыту одного поколения и тех людей, которые находятся рядом, но и к опыту живших в другое время. С помощью письма можно узнать о мыслях, суждениях, переживаниях, этапах жизни, событиях людей прошлого, о том, что их окружало.

На втором уровне сигнальных систем существует не только речь, но и «образ», а также «знак» и «образные языки», что тесно связано со «словом», «фразой» и речевыми языками. Это обобщенная схема уровней психического отражения.

Все новообразования, присутствующие на втором уровне сигналь-ных систем, тесно связаны между собой. Формирование же и развитие начинается с «образа», который выделяется из массы других, дифференцируется, усложняется, соединяется в определенный алфавит образов, связывается с речевыми структурами.

На втором уровне отражения возникают образы, вторичные по отношению к первому уровню сигнальных систем, «мысленные образы», по А.

А. Гостеву, то есть образы, имеющие преимущественно внутренний информационный источник, составляющий подавляющую часть множества образных явлений. Мысленный образ в самом широ-ком своем понимании может быть определен как образ предметов и явлений внешней реальности, переживаемый как единица содержания сознания в отсутствие соответствующей актуальной стимуляции. В этом смысле он является вторичным образом [32, с. 15].

Исследования трансформации зрительных образов — мысленное вращение, сравнение, конструирование и др. — показали, что характер осуществляемых во внутреннем плане операций аналогичен физическим операциям во внешнем пространстве. Это послужило основой для вывода об изоморфных отношениях между актуально воспринимаемым и представляемым. Далее Гостев рассматривает полифункциональность образной сферы человека, считая, что конкретное проявление полифункциональности заключается в нескольких следующих проявлениях.

1. Функция образов — это приобретение, хранение и редуцирование информации. В случае излишней конкретности образы могут мешать процессам обобщения. Роль образов в процессе фиксации опыта зависит от личностных особенностей, например, осознания себя творцом или жертвой обстоятельств.

Эта макрофункция имеет и частные проявления:

• образы выполняют функцию межмодального посредника в процессе фиксации опыта, переводя, например, осязательный образ в зрительный и т. д.;

образы являются эффективным носителем символической репрезентации, реализуя функцию символизации, играя роль посредника в общении человека со своим внутренним миром (сновидений, фантазий, мечтаний и т. п.), позволяя внутренне реализовывать многие импульсы, которые невозможно воплотить в реальности. Образы имеют специальную психологическую утилитарность в смысле носителя эффектных воспоминаний. В знаковой функции образы могут успешно выступать в качестве «опоры» для вычислений в «уме»;

образы выполняют и эмоционально-экспрессивную функцию, сохраняя аффективный опыт, организуя эмоциональные реакции для адаптации.

Прогнозирующая (антиципирующая) функция образов состоит в их участии в планировании деятельности.

Опыт фиксируется в виде образов для будущего использования, обеспечивая целесообразную отсрочку непосредственных реакций на основе предвидения. Мысленное представление результата деятельности — существенный признак человеческого способа субъектно-объектного взаимодействия. Особенности мысленного отражения, «растягивая» или «сжимая» время, создают новый уровень возможностей.

Функция селекции нужной информации, где образы, выступающие в роли эталонов, структурируют хаос стимулов. Здесь важную роль играет степень адекватности образов, выступающих в роли «призмы», «фильтрующего эталона», поскольку они могут и помогать, и мешать контакту с реальностью. Функция образов в роли эталонов подразумевает контроль и коррекцию текущих действий, процесса решения задач и поведения в целом. Процесс селекции связывает текущее восприятие с работой «всей временной оси», поэтому здесь особенно важны научение, адаптация и компенсации.

Ссылаясь на работы В. Ф. Рубахина, Гостев отмечает, что можно различить два вида образных эталонов: первичные, обеспечивающие отражение индивидуальных черт объектов, и вторичные, различающиеся степенью обобщенности в зависимости от класса объектов.

При осуществлении прогнозирующей функции, как, впрочем, и всех других, важную роль играют «оперативные образы», отражающие динамику объектов и играющих важную роль в оперативном мышлении.

Функция образов как регулятора действий и состояний раскрывается в нескольких аспектах:

1) самопознание (через понимание субъектом своих образов), включающее самопринятие и самоконтроль;

регулирование состояния человека релаксацией (особенно с эффектами биологической обратной связи, тренировкой концентрации, развитием воли);

поддержание и восстановление здоровья, достижение хорошего самочувствия и др. [32, с. 24—27].

Таким образом, подструктура «образ» второго уровня сигнальных систем представляет собой сложнейшую систему, выполняющую жизненно важные функции в жизни человека. Но выполнение этих функций существенно зависит от особенностей включения этой подструктуры в целостную структуру сигнальных систем.

Образы организуются в иерархию, вершина которой представляет собой обобщенные образы, которые становятся знаками, формирующимися в «образные языки». Образные языки, в свою очередь, имеют различные степени обобщений, свою типологию. Каждый из этих языков имеет свою специфику и существенно отличается один от другого, например, «язык жеста», «язык танца», «язык музыки», «язык живописи» и т. д.

Можно говорить о двух разных типах знаков — иконических знаках и знаках-символах. Первые создаются в человеческой культуре путем более или менее точного копирования реальных объектов или явлений. Так, вся реалистическая живопись — это собрание иконических знаков. Другим иконическим знаком может быть топографический план местности, хотя этот комплексный знак обладает уже определенными элементами символики (синий цвет отражает наличие воды, зеленый — растительный покров, коричневый — участки гористой местности).

Знак-символ, в отличие от иконического знака, может не иметь даже малейшего сходства с предметом или явлением, которое он обозначает. Так, различие между мимикой необученного глухонемого и звуковым разговорным языком состоит в том, что мимические жесты в своем большинстве иконичны (и в силу этого неразложимы на более мелкие единицы). Алфавит пальцев — это не более чем беззвучная имитация речи, своего рода «воздушная каллиграфия», один из суррогатов звукового языка данной страны. Напротив, знаки звукового языка (морфемы и слова) являются чистыми символами, поскольку они, за малыми включениями, не обладают ни малейшим сходством с тем, что обозначают.

Употребление любого знака-символа основано на договоре между людьми, условия которого «записаны» в многовековой человеческой практике общения и в наиболее явной и непосредственной форме отражены в толковом словаре каждого языка. Встречая незнакомое по звучанию и написанию слово, мы открываем толковый словарь и в этот момент становимся участниками издавна существующего соглашения. Пользуясь общепринятой терминологией, можно сказать, что знаки- символы конвенциональны (от слова «конвенция» — договор, соглашение).

С появлением «слова», которое замещает тот или иной образ, стало возможным отражать сложные отношения между явлениями, что составляет одну из основных сторон мышления, интеллекта. Однако эта возможность связана с конструированием «слова» в «фразы», а затем образования сложных речевых языков, прошедших значительную эволюцию от тех, которыми пользовались люди первоначально, до современных речевых языков.

Причем этот путь связан с обобщением образов «пиктограмм» до знаков-символов, составляющих тот или иной алфавит.

Образная и речевая системы тесно связаны между собой, при этом они обладают и определенной самостоятельностью, автономностью развития, о чем речь пойдет ниже. Следует подчеркнуть, что автономность существует не только в своеобразии развития тех или иных языков, она присуща каждому конкретному человеку. Если первый уровень сигнальных систем во многом определяется индивидуальными особенностями организма, то второй уровень сигнальных систем существенно определяется эволюцией культуры, степенью приобщения человека к цивилизованным формам общения, передачи информации.

Второй уровень сигнальных систем, таким образом, распадается как бы на две относительно самостоятельные, но тесно взаимосвязанные ветви — образную и вербальную. Продуктами этого взаимодействия могут быть не только «языки», но и другие образования, которые мы относим к третьему уровню сигнальных систем.

Третий уровень сигнальных систем

Возникновение третьего уровня сигнальных систем представляет собой чрезвычайно резкий скачок в развитии психики. Третий уровень связан с возникновением метафоры.

Система представлений — необходимая, но недостаточная основа для формирования второго уровня сигнальных систем, поскольку этот уровень формируется в результате приобщения человека к культурным ценностям — речи, культурным знакам и символам, знаковым системам.

Таким образом, в памяти человека закрепляются различные культурные эталоны, существующие в виде образов, знаков и символов, а также систем знаков или образных языков, например, нотная грамота, географические обозначения, математические знаки и т. п. В структуре сигнальных систем, представленной выше, они выделены в отдельную подструктуру, поскольку не являются речевыми. Они имеют речевые аналоги, так как теснейшим образом связаны с речью. Однако человек не всегда в состоянии найти речевые аналоги образа и, наоборот, в силу параллельности развития образной и вербальной сферы, их относительной самостоятельности, а иногда даже изолированности в процессе развития к некоторым речевым оборотам трудно подобрать тот или иной образ.

Наши экспериментальные данные свидетельствуют о том, что от 3 до 10 процентов людей не в состоянии найти образа для слова или словосочетания и наоборот.

Второй уровень сигнальных систем отличается от первого наличием нескольких новообразований, представленных в вышеуказанной схеме — образной и вербальной сферами, которые включают такие составляющие, как «образ», «знак», «образные языки», а также «слово», «фразы» и «речевые языки».

Однако главным принципиальным отличием второго уровня сигнальных систем от первого является возникновение произвольности оперирования сначала образом, через символизацию, формирование знаков, а затем и словом, речью.

У здоровых людей, в отличие от глухонемых, второй уровень сигнальных систем формируется таким образом, что все его составляющие могут развиваться параллельно, обогащая друг друга. У глухонемых же развитие осуществляется с переходом от первого уровня сигнальных систем на второй уровень сигнальных систем, однако с задержкой в развитии вербальной сферы.

Таким образом, до специального обучения речи у них можно наблюдать развитие сигнальных систем достаточно высокого уровня и без вербализации. Стадия вербализации и вокализации зависит в данном случае от специального обучения, а не от стихийного, как это происходит у здоровых детей.

Изучение образной сферы человека имеет давнюю историю и характеризуется чередованием подъемов и спадов научного к ней интереса. Наиболее систематический интерес к этой сфере начинается с пятидесятых годов XX столетия, а затем с 70—80-х гг. резко повышается внимание к «образной проблематике». Существует противоречие между актуальностью изучения образной сферы и состоянием проблемы.

«Современное знание о природе образа характеризуется неполнотой, противоречивостью, дробностью, размытостью, терминологиче- ской неоднозначностью. Происходит обособление знаний о том или ином классе образов, отдельных аспектов анализа образной сферы, возникают частные теории. Несмотря на растущее внимание к образной проблематике самых разных областей психологии и смежных наук приходится констатировать отставание в изучении образов по сравнению с изучением других психических процессов. О теории образной сферы, естественно, приходится пока лишь говорить... Неоднознач-ность определений хорошо видна на примере термина представление. Под представлениями в психологии обычно понимаются вторичные чувственные образы предметов, событий и т. д. вне ситуации соответствующего сенсорного воздействия, однако при его действии в прошлом... С другой стороны, термин используется также как более общее понятие для обозначения конкретного уровня психического отражения (уровня представлений), и соответственно охватывает образы воображения. Происходит невольное перенесение значения тер-мина; путаница соподчиненности понятий» [32, с. 11—12].

Анализируя употребление терминологии, связанной с проблематикой изучения образной сферы в различных системах знания, можно сделать вывод о неоднозначности в определениях представлений и образов, в многогранности их изучения отсутствует общая концепция образа, общая теория образной сферы человека.

Еще один чрезвычайно важный фактор усложнения проблематики исследований и терминологии — наличие параллельного существования индивидуального опыта человека и существования сферы культуры, к которой человек приобщается по мере своего развития. Сфера культуры же содержит образы разного уровня сложности, которые, в свою очередь, сохраняясь в памяти человека, приводят к дальнейшему усложнению образов. Таким образом, между первоначальным чувственным образом, который человек приобретает на ранних стадиях онтогенеза, и образом сложнейшей мыслительной реконструкции мира существует огромное различие как по форме, способу возникновения, так и в длительности промежутка времени в появлении одного и другого.

Генезис этого процесса в филогенезе можно представить следующим образом (рис. 2.4).

Эволюционно, возникновение уровня мысленного отражения как регулирования, связано с влиянием определенных условий многогранных субъект-объектных взаимодействий, в частности, с разрывом (в процессе эволюционного усложнения деятельности) непосредственного чувственного контакта потребности с предметом ее удовлетворения, что привело к появлению необходимости (способности) мысленного воссоздания предмета потребности и планирования способа его

Рис. 2.4. Генезис систем отражения

достижения, к развитию сложных форм идеального существования предметного мира, что отмечал А. Н. Леонтьев [60, 61, 62].

Возникновение воображения во многом определило переход на новый уровень развития психики, ступенями развития которой являются действенная, образная и символическая репрезентация мира. Различные классы образов возникали в процессе эволюции не одновременно.

Существуют различные взгляды на время возникновения воображения в процессе онтогенеза. Так, Ж. Пиаже полагает, что воображение отсутствует до года, тогда как К. Бюлер и В. Штерн считают воображение первичной способностью. Этот вопрос остается открытым. Но так или иначе современные исследователи имеют основания на выделение некоторых уровней развития воображения.

Воображение человека приводит к созданию сложных знаков, часть из которых становятся символами, с помощью которых осуществляется прием и переработка все более и более сложной информации.

Однако возникновение современных образных языков, таких как «язык музыки», «язык жеста», «язык живописи» было бы невозможно, если бы параллельно с развитием образной сферы человека не разви-валась вербальная сфера.

<< | >>
Источник: Потемкина О. Ф., Потемкина Е. В.. Психологический анализ рисунка и текста. СПб.: Речь,2006. - 524 с.. 2006

Еще по теме Второй уровень сигнальных систем:

  1. ОГЛАВЛЕНИЕ
  2. Структура и генезис сигнальных систем
  3. Первый уровень сигнальных систем
  4. Второй уровень сигнальных систем
  5. Метафорическая сфера и особенности ее развития
  6. ФУНКЦИОНАЛЬНЫЕ СИСТЕМЫ ОРГАНИЗМА ПРИ ОБЩЕЙ АНЕСТЕЗИИ
  7. Система кровообращения
  8. Глава 7РЕБЕНОК С ОГРАНИЧЕННЫМИВОЗМОЖНОСТЯМИ ЗДОРОВЬЯВ СИСТЕМЕ МЕЖЛИЧНОСТНЫХОТНОШЕНИЙ
  9. Г лава 29 Лечебное питание при болезнях сердечно- сосудистой системы
  10. Г Л А В А 67 АДЕНИЛАТЦИКЛАЗНАЯ СИСТЕМА
  11. НЕРВНАЯ СИСТЕМА И НЕРВНО-ПСИХИЧЕСКОЕ РАЗВИТИЕ
  12. Глава 25МИКРОБНО-ВОСПАЛИТЕЛЬНЫЕ ЗАБОЛЕВАНИЯ ОРГАНОВ МОЧЕВОЙ СИСТЕМЫ