<<
>>

важнейшие потребности души

Возможно, у моих читателей уже есть дети. Давайте еще раз подумаем, в чем нуждались вы, будучи ребен­ком, и в чем нуждаются теперь ваши дети. Впрочем, взрослые испытывают те же потребности.

Если удовлет­ворение их у детей в значительной степени зависело от родителей, то взрослые и сами могут многое для себя сде­лать. Существенно повышается удовлетворение ниже описанных потребностей в гармоничном браке. О том, насколько полно удовлетворяются эти потребности, вы будете судить сами.

Выживание

Все мы выжили благодаря тому, что о нас кто-то заботил­ся. Как только новорожденный остается без попечения, он умирает. Для физического выживания новорожденному не­обходимо удовлетворить его материальные потребности в пище, оптимальной температуре окружающей среды.

Однако даже в этом возрасте мало удовлетворить лишь материальные нужды. Для полноценного выживания, для последующего гармоничного развития ребенку нужно еще что-то сверх удовлетворения этих видимых потреб­ностей.

Вы думаете, что кормящая грудью мать дает лишь необ­ходимые питательные вещества своему младенцу? Не толь­ко. Оказывается, очень важно прикосновение тел матери и ребенка, очень важна улыбка матери, ласковые погла­живания тельца ребенка. От этих «добавок» к питатель­ным веществам зависит качество выживания, гармонич­ность душевного склада ребенка.

Вы заметили, что большинство мадонн на картинах эпо­хи Возрождения, а также Богоматерь на русских иконах

s-6306 113

держат младенца у левой части груди? Это не случайно. Наиболее проницательные художники подметили, что ре­бенку на левой руке матери комфортнее, чем на правой, так как ребенок быстрее успокаивается, когда слышит биение сердца матери. Он так привык к этому ритму в ут­робе. Для ребенка в этом прикосновении, в этом спокой­ном ритме сердца заключается вся надежность и безопас­ность существования.

Обратите внимание, как носят детей матери в некото­рых африканских странах.

Они их мягко привязывают к себе либо спереди, либо сзади. Близость к телу матери обес­печивает ребенку ту же безопасность, которая так нужна для выживания и нормального развития.

Дорогие юные мамы! Чаще гладьте своих детей, посто­янно поддерживайте хотя бы контакт взора, если не може­те соприкасаться с ними кожей. Я видела, как мамы возят детей в коляске сзади себя. Это очень плохо для души ре­бенка, потому что нет связи с матерью. Вы очень родные люди. Дайте знать об этом улыбчивым лицом, нежными руками, ласковым голосом.

Обеспечить выживание ребенку можно при соблюде­нии таких условий, как безопасность, стабильность, по­стоянство, защищенность. Все это обязаны создать роди­тели.

Взрослые выживают при тех же условиях. Для взрослых еще очень важно ощущение, что они могут управлять сво­ей жизнью, что именно от них самих зависит течение их жизни. Имеется прямая связь между удовлетворением этих потребностей у ребенка и ощущениями у взрослых — бе­зопасности, стабильности и так далее. Травматическое дет­ство оставляет трещины в фундаменте выживания.

Прикосновение

Не только маленьким, но и взрослым прикосновение ис­ключительно важно для полного душевного благополучия. Считается, что детям и пожилым людям требуется больше прикосновений, чем людям среднего возраста. А иначе, за-

114

чем бы люди обнимались при встречах, разлуках, то есть в моменты наивысшего напряжения эмоций?

Известный специалист в области семейных взаимоотно­шений Вирджиния Сатир считала, что каждому из нас для душевного благополучия необходимо от 4 до 12 объятий в день. Естественно, имеется в виду, что обнимаются близ­кие люди. И это не прихоть, не выдумка, а важнейшая че­ловеческая потребность.

Как-то я пожаловалась в кругу друзей, что мне будет тя­жело с ними расставаться. Дело было в Ратгеровском уни­верситете, где я училась быть семейным консультантом. В ответ на свои жалобы я услышала: «А мы вас обнимем на прощание, и вам станет легче». Это был ответ людей, спе­циализировавшихся, так же как и я, в налаживании семей­ных взаимоотношений.

Это был психологически грамотный подход к решению маленькой проблемы, а вовсе не шутка.

Рекомендацию Вирджинии Сатир (4—12 объятий в сут­ки) я применяю на близких в своей семье и другим реко­мендую. Результаты, с моей точки зрения, очень хорошие.

А вот результаты научно контролируемых эксперимен­тов. В 1985 году американский ученый Л. Доссей опублико­вал работу, в которой показано величайшее значение при­косновения для здоровья. Кроликов длительное время под­вергали специальной диете, вызывающей атеросклероз (уплотнение артерий). В исследовании было задействова­но две группы кроликов. Одной группе сотрудники лабо­ратории ставили пищу и сразу уходили. В этой группе ате­росклероз удалось вызвать диетой. Другую группу кроли­ков кормили той же пищей, но сотрудники лаборатории вели себя иначе — никогда не забывали погладить кроли­ка. У кроликов этой группы атеросклероз не наблюдался. Вот уж поистине верно, что ласковое поглаживание и для кроликов полезно, да еще как! Поглаживание буквально продлило им жизнь.

Психологи утверждают, что дети, лишенные ласковых прикосновений, растут неуверенными в себе людьми, час­то терпят неудачи. На взрослых благотворность прикосно-

8- 115

вений я неоднократно могла наблюдать в группе незнако­мых людей, собравшихся для психотерапии. Перед нача­лом совместной работы проводим разминку. Все двигают­ся по кругу без определенного порядка, как бы «врассып­ную», подходят друг к другу, внимательно смотрят в глаза, дотрагиваются рукой. Пять минут такой разминки делают только что чужих людей уже не такими далекими, во вся­ком случае, не чуждыми друг другу. Атмосфера в группе сразу теплеет.

Советую вам, если вы работаете с группой детей в сади­ке, школе, даже в техникуме и вузе, предложить им начать знакомство с такой разминки, а затем предл°жите сесть за столы или за парты так, как им хочется. Пусть каждый вы­бирает себе пару. Вы увидите, насколько дело пойдет быс­трее и лучше. Меньше времени истратится на адаптацию, то есть «притирку» друг к другу.

А дома в благотворности прикосновений можете убе­диться на своем сыне или дочери. Вам нужно его разбу­дить в определенное время? Пусть будильник служит этой цели в крайнем случае. Подойдите к спящему ребенку и разбудите его ласковым прикосновением. Вы в награду получите его счастливую улыбку. Если же он закаприз­ничает, это будет значить только одно: ему мало вашей ласки, и капризами он дает вам знак: «Мама (папа), по­втори».

Внимание

Любому человеку — как ребенку, так и взрослому — не­обходимо внимание. Для ребенка оно обеспечивает надеж­ность, безопасность. Взрослому внимание позволяет утвер­диться в мысли: «Я кому-то интересен, я что-то значу, я пред­ставляю собой ценную личность». Положительная само­оценка — исключительно важное состояние души. Мы еще вернемся к этому при дальнейшем обсуждении других по­требностей человека. В конце концов, они все связаны меж­ду собой. Даже между материальными и духовными по­требностями нет непроходимой грани, все взаимосвязано.

116

При длительном пользовании некоторые наши вещи оду­хотворяются нами.

Как выразить свое внимание к другому человеку? Мож­но сказать: «Я тебя внимательно слушаю». Можно внима­ние выразить только жестом. Близким людям не нужен офи­циальный тон.

Каждый из нас множеством нюансов своего голоса, по­зой, мимикой может сообщить другому человеку очень зна­чимую информацию. Каждый человек есть и передатчик информации и приемник, улавливающий ее от других.

Нам жизненно необходимо знать, что на все перемены, происходящие в нас, кто-то откликается, как эхо в горах. Нет, еще сложнее. И это гораздо больше того, что может вместить фраза: «Вас внимательно слушают». К тому же есть возраст, когда эта фраза просто неприемлема.

Когда мать откликается на поведение ребенка выраже­нием лица, позой, голосом, она как бы посылает ему вес­точку: «Я тебя поняла, будь спокоен». Ребенок в это время получает подтверждение, что он живой, чувствующий и даже мыслящий человечек и его понимают самые дорогие, самые значимые для него люди.

Без удовлетворения по­требностей в прикосновении, внимании ребенок останав­ливается в росте, чахнет, не развивается должным образом как физически, так и умственно, эмоционально и духовно.

Когда возможна такая неблагоприятная ситуация для ре­бенка? Естественно, когда нет мамы. В таких случаях нуж­ны люди, заменяющие мать. Может ли случиться так, что ребенок обделен и тогда, когда мама есть? Сколько угодно! Это бывает, когда мама сама была обделена вниманием и пониманием со стороны своих воспитателей и ребенок ну­жен ей для удовлетворения ее потребностей.

Потребности отменить нельзя. Мать сама все еще нуж­дается во всем, о чем вы уже здесь прочитали. Ее душа про­должает оставаться в недостаточно зрелом состоянии, что­бы посылать целительные лучи ребенку. Ее душа жаждет взять от ребенка. Что? Да то же самое, в чем нуждается каждый человек.

117

Это удивительно, как малые дети начинают улавливать специфические потребности матери и начинают удовлет­ворять их. Дети посылают какие-то свои знаки матери о том, что она им очень необходима, что она очень ценный чело­век, что она самая хорошая и т. д.

Дети как бы стремятся повысить самооценку матери. В конце концов, воспитание всегда было двусторонним про­цессом. Но что происходит при этом с ребенком? Он вы­нужден заплатить за это очень дорого — подавить нормаль­ные, естественные ростки в своей душе и затормозить свое развитие, рост. Вы видели таких детей. Их называют «ма­ленькими старичками».

Руководство

Руководить действиями ребенка или взрослого, вести его по жизни — это значит, в первую очередь отказаться от дик­тата и приказа. А что же надо делать? Прежде всего, помо­гать расти (не только физически, но и психически). Такая помощь может включать совет, доброе слово или невер­бальные формы поддержки. По-латыни «вербус» значит слово, невербальные формы — это любые виды помощи и поддержки, когда действуют не слова. Сюда входит также моделирование и обучение уместным для определенных слу­чаев здоровым социальным навыкам.

Невербальные фор­мы общения играют огромную роль в нашей жизни. Дружес­кая рука ложится вам на плечо, и уже никаких слов не надо.

В разговорах с родителями я часто слышу о том, что они хотят воспитать хорошего, честного, чуткого человека. Цель благородная, хотя и довольно общая цель. Тем не менее, да­вайте думать о средствах достижения этой цели. Как надо вести ребенка по жизни, чтобы он стал добрым, чутким? Что может влиять на него? Влияет абсолютно все, но по-разному.

Слово, конечно, действует на ребенка, но психологи ус­тановили, что на маленьких, да и не очень маленьких детей сильнее слова действует картинка. Вам, верно, доводилось замечать, что люди всегда больше доверяют тому, что ви-

118

дят, чем тому, что слышат. Еще больше по силе воздействия на ребенка — движущаяся картинка (кино, телевидение, компьютерная игра). А еще больше, глубже, прочнее дей­ствует на ребенка пример поведения окружающих. Боль­ше всего впечатляет пример любимого и авторитетного че­ловека, то есть родителя. В юношеском возрасте возника­ют новые кумиры, авторитет родителей отодвигается на второй план. Так спешите моделировать социальные навы­ки детей, пока они еще маленькие.

Все услышанное, увиденное, пережитое в детстве откла­дывает свой отпечаток в душе и остается с человеком на всю жизнь, даже если сам он забудет об этом. Я знаю одну семью, которая для меня всегда служит примером трога­тельных взаимоотношений, как между супругами, так и между родителями и детьми.

Глава семьи рассказал мне эпизод из своего детства: он видел, как его отец завязывал шнурки на ботинках на но­гах его матери, когда она была беременной (у него есть млад­шая сестра). Естественно, что в такой семье мальчик мог наблюдать и другие проявления заботы родителей друг о друге. Думаю, что впечатления детства сыграли большую роль в том, что он стал хорошим семьянином.

А недавно мне пришлось общаться с пятнадцатилетним юношей, драчуном и мучителем кошек. В раннем детстве он был свидетелем того, как пьяный отец пытался бить мать. Почему-то так получалось, что в трезвом состоянии отец хотя и не дрался, но ничего вместе с сыном не делал. Обеда­ла семья в разное время, часто каждый ел отдельно, а если и собирались вместе за столом, то отца не было дома. Я вижу здесь «модель пустого стула». Так говорят психологи, ког­да у ребенка не было положительного образца для подра­жания. Пример всегда берут только с близких и значимых людей. А чему может научить «пустой стул»?

Принятие и одобрение

Культура общения начинается с умения слушать. Каж­дому из нас крайне важно знать, что кто-то нас слышит,

119

даже если этот кто-то и не всегда нас понимает. Слышит — значит, принимает участие в нашей судьбе... Слышит — может означать, что любит... Слышит — значит, восприни­мает меня. Слышит — значит, относится ко мне серьезно...

Родители демонстрируют свою приязнь к ребенку тем, что уважают его, ценят и понимают его чувства. Принятие ребенка таким, каков он есть, дает ему внутреннюю свобо­ду для настоящего личностного роста.

Мы так воспитаны, что в общении друг с другом склон­ны, в первую очередь, слышать факты, смысл слов. А душе нашей угодно в первую очередь другое — слышать чувства. Нам приятен собеседник, чутко откликающийся на то, как мы говорим, а не на то, что мы говорим. Вот вы случайно встретились на улице с давним знакомым:

—Здравствуй!

—Здравствуй!

—Куда спешишь?

—В больницу.

Если собеседник услышал только тот факт, что знакомый спешит в больницу, то понял лишь направление его движе­ния. Он мог в этой фразе уловить грустное чувство — боль­ница? Сам заболел или идет навестить близких людей? Он подавлен? Собеседник мог подумать: нужна моя поддерж­ка. Только в этом случае он принял информацию как чело­век, а не как робот.

Для повышения уровня общения мы чутко воспринима­ем то, что стоит за сообщаемыми фактами. Можно даже пропустить мимо ушей то, что вам говорит человек, но глав­ное «услышать» его состояние, настроение и себя настро­ить на восприятие его эмоций.

Мы даем знать человеку, что мы его видим, слышим и принимаем. Хорошо, когда ни одно сколько-нибудь полез­ное или доброе дело ребенка не останется без похвалы и одобрения. Пусть он всего лишь вылепил из пластилина носорога или справился с доставанием воды из колодца, он будет счастлив услышать от мамы или папы: «Ах, какой ты у нас маленький да удаленький!»

120

Некоторые строгие родители боятся похвалой испортить ребенка: как бы не возомнил о себе много и не утратил стремления к совершенствованию. Не бойтесь, уважаемые папы и мамы! Все в один голос — педагоги, психологи, фи­зиологи — твердо стоят на одном: чего не добьешься пори­цанием, того добьешься похвалой. То же самое и в физио­логии: положительное подкрепление рефлексов (награда в виде похвалы) делает их более прочными, чем отрицатель­ное подкрепление (наказание, порицание нежелательного поведения).

По моим наблюдениям, отсутствие всякого подкрепле­ния поведения ребенка со стороны родителей оказывает самое нехорошее влияние на душу ребенка, причем это влияние длится долго и сказывается на его судьбе и в зре­лом возрасте.

В неблагополучных семьях разного типа есть общая чер­та — там не замечают нужд, потребностей ребенка, в том числе и потребности в принятии, одобрении. Как на эту ситуацию реагируют дети?

Очень плохо жить невидимкой, не замечаемым суще­ством среди тех, кого ты любишь и ценишь. Я знала одну девочку, которая могла сорвать урок в школе тем, что пы­талась насмешить окружающих. Что она только ни дела­ла! То усы себе нарисует, то запищит по-мышиному. А дома однажды, когда мать была занята с гостями, она прошла по карнизу балкона на соседний балкон. Не де­вочка, а сорвиголова.

Когда я узнала жизнь этой семьи, я поняла, как одинока эта девятилетняя девочка. Ее почти не замечали мама и ба­бушка. Конечно, они обе работали. Но вечером-то встреча­лись все вместе, и никто не спрашивал девочку, был ли удач­ным ее день, что она сегодня узнала, увидела, с кем разго­варивала, о чем.

Поведение девочки — типичная реакция на постоянное неудовлетворение ее насущных нужд. Причем выбирает эту линию поведения ребенок почти неосознанно. Каждой своей выходкой он призывает, почти кричит: «Заметьте меня,

121

я живая, мне нужна ваша любовь». Есть даже типологичес­кое название такой реакции — «ребенок-клоун, шут».

Все дети разные. Они по-разному реагируют на неудов­летворение своих психологических потребностей. Есть реакция типа «герой семьи». Вот вам живой пример. Бесе­дую с десятилетним сыном женщины, больной алкоголиз­мом. Умный такой мальчик, положительный во всех отно­шениях. Не надо думать, что у женщин с этой болезнью бывают только умственно отсталые дети. Это неправда. Всякие бывают, немало и умных сыновей, дочерей. Так этот мальчик хорошо ведет хозяйство, ухаживает за младшей сестренкой, хорошо учится. Спрашиваю:

—Что ты делаешь, когда у мамы обостряется ее бо­лезнь?

—Ну, я тогда за старшего в доме. Я на нее покрики­ваю, да только не помогает.

Перед лицом трудностей дети быстро взрослеют. Труд­ности закаляют, быстро развивают чувство ответственно­сти. Поведение мальчика прямо-таки образцовое. Он с ма­мой поменялся ролями — мальчик стал родителем для мамы, а мама — опекаемым ребенком.

Что же в этом плохого, что он стал хозяином и «героем семьи», что все положительное выпукло обозначилось в его характере? Плохо то, что это все же была реакция на беду в семье, что он вынужден был стать героем семьи, больше ведь некому.

Мальчики должны быть мальчиками. Всему свое время. У него нет детства, он сразу начал жить как взрослый. Не наигравшись в детстве, легко сломаться в будущей жизни.

Довольно часто мальчики на семейное неблагополучие реагируют поведением типа «бунтовщик». Не обязательно это тяжелая болезнь родителя. Семейное неблагополучие заключается уже в том, что никто дома не спрашивает: «Как ты себя чувствуешь? » Бунтовщики презирают все, что про­исходит в доме, пытаются противиться зачаткам установ­ленного порядка. Настоящего порядка в неблагополучных семьях мало, жизнь характеризуется скорее хаосом, чем

122

размеренным ходом событий, соблюдением установленных норм. Драчуны, циники — все это бунтовщики. Все они испытывают недостаток внимания, принятия и одобрения в своем доме. Их мало любят.

Девочки часто пытаются своим поведением все уладить, изменить ситуацию к лучшему и становятся если не «геро­ями семьи», то «миротворцами» — всех бы они помирили, сами же боятся нашалить, рассердить своих суровых ро­дителей. Тоже жизнь скованная, без свободных порывов души. Вот и вырастают потом «закомплексованными» под­ростками.

Умение хоронить свои потери

Вся наша жизнь состоит как из приобретений, так и по­терь, утрат. Мы здесь с вами ведем разговор о тех ценнос­тях, которые в первую очередь касаются нашей души.

Под утратами я имею в виду в данном контексте любые эмоционально значимые события с отрицательным знаком: неуспех на экзамене, поражение в спортивных состязани­ях, расставание с любимыми местами, неразделенную лю­бовь, смерть близкого человека и т. д.

К потерям можно отнести не только реально утраченное, но и угрозу потерять что-то дорогое для нас. Надвигающие­ся тяжелые события доставляют нам даже больше непри­ятностей, чем реальные.

Что значит хоронить потери ? Это возможность их «отра­ботать», отреагировать их. Само собой разумеется, что ре­акция всегда сопряжена с душевной болью, страданиями. Реакция требует времени. Когда мы имеем такую возмож­ность и осознаем потребность в реакции на наши несчас­тья, причем глубокой и полной реакции, тогда мы растем в духовном смысле, совершенствуемся для встречи с новы­ми потерями.

Взрослые люди часто мне говорили, как они были уязвле­ны, обижены и долгое время потом страдали от того, что в детстве их не пустили на похороны любимой бабушки. Я по­нимаю, что родители хотели уберечь ребенка от тяжелых,

123

не нужных с их точки зрения переживаний. Не нужных? Как это не нужных?

Речь идет об очень серьезных, глубоких чувствах, о со­бытиях, исключительно важных в жизни семьи, а ребенок почему-то не должен в них участвовать. Значит, с чувства­ми ребенка не считаются, его как человека не принимают во внимание. Вся семья плачет, а ребенок в стороне. Он чувствует себя в изоляции, он отвергнут. Несчастья не скро­ешь, пытаться это делать — значит лгать. Ложь в отноше­ниях не может быть во благо никому.

С точки зрения душевного здоровья, более здоровым об­разом ведут себя те родители, которые учат своих детей пра­вильно реагировать на различные потери, а не устраняют с их жизненного пути любые несчастья. Ставить такую цель: избегать несчастий, — глупо. Ведь эта цель недостижима.

А с другой стороны — кто не страдал, тот не жил полнок­ровной эмоциональной жизнью, которая развивает и со­вершенствует личность. В эмоциональной палитре есть разные краски, включая черную краску.

Я бы очень хотела, чтобы у вас, уважаемый читатель, была такая семья, в которой можно было бы вместе переживать любые свои потери, чтобы с близкими можно было бы и погоревать, и поплакать, и подосадовать, услышать совет. А если семья у вас не такая, то было бы хорошо иметь хотя бы одну родственную душу в этом мире, кого-то, кому мож­но позвонить в любое время или приехать, чтобы «попла­каться в жилетку».

И это не признак вашей слабости. Хоронить свои поте­ри приходится каждому. Это не пустая трата психической энергии. В ряде случаев для неглупого человека потеря, по­ражение может обернуться еще большим выигрышем в смысле душевного роста, чем успех.

Поддержка

Родитель, друг, воспитатель поддеРживает усилия нео­крепшей души в самореализации, в осуществлении лучших порывов. Главное — не заблокировать выход потенциаль-

124

ным творческим возможностям человека. Это и есть под­держка. Любые действия, помогающие раскрытию воз­можностей, способностей человека, наша душа восприни­мает с благодарностью, все мы в этом нуждаемся. Не вос­питатель, а воспитуемый остается активно действующим лицом.

Меня всегда — и в детстве, и в зрелом возрасте — ос­корбляло до глубины души, сковывало всю мою энергию стремление близких мне людей сделать что-то за меня. Не для меня, а за меня. Бывало, мама говорила: «Отойди от корыта, я сама постираю. Ты не сумеешь, это очень боль­шая вещь». После этого мне уже ничего не хотелось де­лать. Позднее я поняла, почему мама так поступала. Она сама нуждалась в поддержке и стремилась стать незаме­нимой в доме.

Когда мы делаем какие-то дела за других людей, тем са­мым мы становимся в собственных глазах незаменимыми. Мы хотим лишний раз утвердить себя, а не помогаем дру­гим. Истинное уважение к другому человеку предполагает веру в то, что он сам многое может сделать. Именно отсут­ствие этой веры в меня у моей мамы и было мне больнее всего. А нужно-то было всего — ободряющая улыбка и сло­ва: «Давай, дочка, делай. Я верю, ты с этим справишься!»

Преданность и доверие

Наша душа обретает крылья, когда нам доверяют. Мы в этом очень нуждаемся. Равным образом жизненно важно для нас доверять другим людям. Я хочу сказать, что нам хо­рошо только тогда, когда и нам доверяют. Тогда и мы мо­жем не опасаться довериться другим. Это очень важная потребность человеческой души. Когда молодые люди ис­пытывают пылкую влюбленность, они клянутся в вернос­ти и говорят или думают примерно так: «Мы будем абсо­лютно и полностью доверять друг другу. Предательство исключается».

Да, действительно, в основе здоровых, прочных, краси­вых отношений лежит доверие. А что это такое, где истоки

125

доверия или недоверия? Может ли доверие возникнуть ав­томатически и сразу, вдруг?

Только маленькие, наивные дети доверчивы ко всем. По мере взросления накапливается горький опыт разочарова­ний, крушения надежд, которые были связаны с опреде­ленными людьми. Источник недоверия — в прошлой жиз­ни. Вопреки своей природе даже ребенок вскоре начинает думать: «Стоп, не доверяй!» Это приспособительная реак­ция к ненормальной ситуации. Детей нельзя обманывать. Необходимо выполнять свои обещания перед детьми.

Никогда не произносите тех угроз, которые вы не приве­дете в исполнение. Такие угрозы, как «будешь себя плохо вести — я оставлю тебя», навсегда выбросьте из своего пе­дагогического арсенала. Ребенок и так боится быть брошен­ным в этом огромном мире, который для него без мамы — пустыня. Угрозы рождают только страх, подозрительность.

Достижения

Ничто так не способствует успеху, как успех. Для разви­тия личности необходимы определенные достижения. Они вселяют в человека веру в свои возможности, в то, что он может завершить необходимое дело. Завершив ряд простых дел, человек ставит перед собой более сложную задачу. Как результат движения от одного достижения к другому в нас появляется уверенность в своих силах, вера в то, что мы обладаем потенциальными возможностями выполнять на­меченное, принципиально контролировать ход дел, то есть в какой-то степени быть хозяевами своей судьбы.

Психология маленьких детей ясна и прозрачна. Посмот­рите, как возрастает их уверенность в себе, когда они вы­полнят что-то намеченное. Взять такую «мелочь», с нашей точки зрения, как перепрыгнуть канавку. А вы замечали, как огорчаются дети, когда им ставят в пример другого ре­бенка, что вот он, например, уже все буквы знает, а ты ни­как не запомнишь, как пишется буква «О».

Давайте не будем сравнивать своих детей с соседскими. Есть другое средство, стимулирующее развитие детей. Это

126

сравнение их с ними самими, но только вчерашними. Срав­нение достижений во времени. «Еще вчера ты не умел пи­сать эту букву, а сегодня так красиво и правильно ее напи­сал» (есть достижение). «Я верю, что ты можешь написать и другую букву, которую я тебе еще не показывала. Вот, смотри...» Будьте уверены, новое достижение обязательно последует.

Самое большое достижение для человека — это преодо­ление своих слабостей, совершенствование навыков, то есть работа над собой. Все внешнее менее значимо. Поэто­му лучше сравнивать то, что умел, достиг вчера, месяц, год назад и что умеешь сейчас.

Некоторые люди, выросшие в неблагополучных семьях, испытывают трудности в завершении заданий, в планиро­вании своей жизни и в принятии решений. У них не было практики в этих делах. Никто в доме не позвал их однажды и не сказал: «Садись, дочка. Ты уже можешь выучить анг­лийский алфавит. Давай разделим его на части. Вот тебе задание на сегодня».

По мере овладения задачей дочка получала бы поддерж­ку, одобрение. И дело бы пошло. Девочка научилась бы не только английскому языку, но и умению делить сложные задачи на части, планировать свои силы и возможности, в конечном счете, принимать самостоятельно решения. Про­верочным инструментом был бы самоанализ.

Бывают противоположные примеры. Дети, выросшие в неблагополучных семьях, проявляют крайне высокое стремление к достижениям и успехам. Они умеют работать в определенных областях. Но сколько бы они ни сделали, им все равно мало. Они «трудоголики». Единственное, что им не удается, — это успокоиться, удовлетвориться — хотя бы ненадолго — достигнутым. Их душе не хватает веры в то, что они сделали что-то значительное. Часто они оказы­ваются не в состоянии достичь успеха в такой области, как интимные отношения. Мешает низкая самооценка.

Венец всех достижений — уверенность, что вы внесли свой вклад в выполнение действительно значимого дела.

127

Теперь вы имеете право быть удовлетворенными тем, что сделали. Все ваши достижения — это результат ваших уси­лий. Душа обязана трудиться, но в ней должно быть и мес­то для гордости достигнутым. Не забывайте и сами себя по­здравить с успехом!

Развлечения, побег от обыденности

У больных людей, зависимых от психоактивных ве­ществ, имеется потребность изменять сознание с помощью алкоголя, наркотиков. В действительности в каждом из нас, включая как здоровых, так и больных людей, есть биологи­ческая потребность периодически слегка изменять направ­ление своего сознания, переключать его в другой режим работы. Мы склонны фантазировать, мечтать, смеяться, играть, размышлять о будущем или просто спать и видеть сны. Тесно связаны с этой потребностью наслаждения (ис­кусством, красотой, беседой и чем угодно), развлечения, разного рода веселье.

Способность быть раскованным, легко входить в новые ситуации, принимать участие в игре — это потребности здо­рового человека. Практиковаться в их удовлетворении — значит гармонизировать свою личность, развиваться, ук­реплять психическое здоровье.

У людей, выросших в неблагополучных семьях, есть труд­ности в умении веселиться, расслабляться. Они могут быть чрезмерно серьезны, что имеет не только положительное значение. Сама мысль о радостях жизни может показаться им чем-то непозволительным, греховным.

Народная мудрость на Руси еще в древности относила развлечения к неотъемлемым потребностям человека. Дав­но известна и дошла до нас русская народная пословица: «Без забавы и человек болван».

Длительное неудовлетворение потребности в развлече­ниях может привести к глубоким эмоциональным измене­ниям. Человек может стать неспособным к отрадным пере­живаниям. Представляете, как он живет? Не живет, а тя­нет лямку. Причем везде — на работе, дома. Может он

128

позволить себе поиграть с детьми, ребячиться с ними? Нет, конечно. Кому от этого лучше? Никому. А плохо всем — и самому человеку, не научившемуся веселиться, и его де­тям, и его сотрудникам.

Родителям я иногда давала такое задание. Однажды от­кажитесь от своего слишком серьезного образа и подурачь­тесь со своими детьми, где угодно, например, на снегу или летом на лужайке. Только на равных. Пусть дети вас заро­ют в сугроб, пусть прыгают через вас, играя в чехарду, и вы прыгайте так, как они. Если по условиям игры проиграв­ший должен прокукарекать под столом, не уклоняйтесь и от этого.

А в конце дня посмотрите на себя и на детей. Вы стали ближе друг другу? Да. Дети выглядят счастливыми? Да. По­нимают они теперь с полуслова ваши распоряжения о том, что надо сделать в доме? Да. Меньше проблем с нежела­тельными формами поведения у детей? Да.

Так почему вы так редко играете со своими детьми? Я знаю, почему. Вы сами росли в семье, где все силы ваших родителей уходили на борьбу с чувством ущербности, не­полноценности. На радость не оставалось ресурсов. Не ос­тавалось ресурсов и на рост, совершенствование.

Человек, не счастливый сам, вряд ли может сделать сча­стливыми и своих детей. Умение радоваться не пустяк, не второстепенное занятие, а важная потребность человека, от удовлетворения которой зависит не только его самочув­ствие, но и счастье окружающих людей.

Игры нужны и взрослым. Это легко сказать, да трудно сделать. Как это можно, чтобы взрослый, очень серьезный человек вдруг стал играть. Не будет ли он выглядеть глупо? Как преодолеть предубеждения?

Есть очень простой способ. Дети знают, как играть, как быть самими собой. Надо учиться у детей. Можно при этом себе говорить, что вы все делаете исключительно для блага ребенка. Идите с ним на каток, на рыбалку, на лыжные гор­ки, играйте в песочнице, если он еще мал. Делайте то, что делает ребенок, подстраивайтесь к нему психологически.

9-6306 129

Вам мешает ваше серьезное положение в обществе? Вы директор предприятия? Ничего. Ваша работа, ваше чувство высокой ответственности — это очень важная часть вашей личности, но это еще не весь человек. Нельзя же, в самом деле, отождествлять работу человека и его личность.

Надо отделить себя от работы. Можно сделать это по рас­писанию. Допустим, вы работаете с 9.00 до 18.00. Задерж­ка на работе до 20.00 вряд ли целесообразна: ведь после­дние часы и так были сниженными по своей эффективнос­ти, а далее наступает еще более резкое снижение произ­водительности труда.

Если вы задерживаетесь на работе, то, конечно, считае­те ее очень важной для себя, а себя — частью этой работы. Но, возможно, вы задерживаетесь потому, что не знаете, как можно употребить время для себя? Много людей на словах это знают, а на деле — нет. Если вычесть из ваших представлений о себе вашу ответственную, очень важную работу, не останется ли слишком много пустоты?

Иными словами, у меня есть подозрение, что в глубине души вы невысокого мнения о себе, что вы мало себя цени­те и потому вам необходимо подпитывать свою самооценку «героическими усилиями в труде». Вы — человек, а не ро­бот. У вас множество потребностей. Одна из них — потреб­ность периодически отходить от обыденности.

Убедила я вас, что на время после работы вы можете себе позволить сознательно запланировать... ничего не делать? Разве что поиграть со своими детьми во что-нибудь. Во что хотите.

Итак, что вы обычно делаете в свободное время ? Чем раз­нообразнее ответы, тем интереснее вы живете. А еще точ­нее я бы поставила вопрос так: что вы сделали сегодня для себя?

Сексуальность

Слова «секс» и «пол» в буквальном смысле означают одно и то же, это перевод. Правда, есть тенденция связы­вать со словом «пол» все, что отличает мужчин от женщин,

130

а со словом «секс» — сексуально-эротические чувства и отношения.

Природа так устроила, что даже дети малые знают: «Я — девочка», «Я — мальчик». Никаких протестов в душе ре­бенка нет при отнесении себя к девочкам или мальчикам.

Говоря о сексуальности как о психологической потреб­ности, я имею в виду, прежде всего, половую идентифи­кацию и чувство удовлетворения в связи с этим. Мальчик, девочка, мужчина, женщина при гармоничном воспита­нии испытывают душевный комфорт от осознания себя таковыми.

Какое удовлетворение испытывают дети лет пяти-шес-ти, когда им близкие (папа, мама) как-нибудь к месту ска­жут: «Я рад(а), что ты у меня мальчик (девочка)»! Я не могу расшифровать, что у ребенка происходит в душе, но я вижу, как ему хорошо от этих слов.

По-видимому, не стоит делать воспитание бесполым. Если оставлять без внимания половую принадлежность человека, то почему-то люди хорошо себя не чувствуют. Оставить без внимания — значит относиться так, как буд­то он и не мужского и не женского пола. И уж совсем плохо чувствуют себя люди, когда над их сексуальностью совер­шается насилие, когда злоупотребляют их половой принад­лежностью.

Что такое сексуальная агрессия? Какие формы она мо­жет принимать в семье ? Когда я была еще молодым психи­атром, мне пришлось в клинике лечить девушку, перенес­шую изнасилование. Ее болезнь — депрессия — была свя­зана с этим тяжелым переживанием. Девушка была в очень подавленном настроении, мало разговаривала, отвечала на вопросы односложно: «Да», «Нет».

Я понимала, что она пережила нечто ужасное, очень тя­желое, но на этом мои познания и заканчивались. Ни с ней самой, ни с ее матерью я не могла обсудить это тяжелое событие, просто не знала, как подступиться к проблеме, и высказывала лишь что-то утешительное, мол, время лечит, все в психике восстановится. Не могу сказать, что девушка

9- 131

выписалась из больницы в прекрасном состоянии, но не­которое облегчение действительно пришло.

Прошли годы. Мне представилась возможность учиться в Ратгеровском университете и выпало счастье иметь там своим преподавателем прекрасного психотерапевта Дже­нет Войтиц — очаровательную женщину, тонкого знатока человеческих чувств и мастера налаживания межличност­ных отношений. Такие встречи влияют на всю оставшую­ся жизнь. Дженет Войтиц не только оставила след в моей душе, она еще подарила мне свои книги. Например, как бы пригодилась мне книга «Исцеление вашего сексуального Я» в то время, когда я лечила девушку от депрессии! Как много в этой книге такого, что я узнала впервые.

Может быть, вы, так же как и я, даже не подозреваете, что сексуальная агрессия совершается в семьях довольно часто и что последствия этого очень серьезны и долговре-менны. Сексуальная агрессия может принимать открытые формы (их знают все) и скрытые, неявные формы, о кото­рых мало кто догадывается. Приведу пример из практики Дженет Войтиц.

На приеме у психотерапевта мужчина лет 30, девствен­ник. Жалуется на трудности налаживания отношений с де­вушками. Он еще ни разу не шел далее поглаживания жен­ского тела через кофточку. Смущаясь и краснея, он рас­сказал психотерапевту о себе следующее.

Когда ему было одиннадцать-двенадцать лет, мальчики в школе что-то обсуждали и употребляли незнакомые ему слова. Очень хотелось узнать, что эти слова означают, но вначале он притворился, что эти слова ему понятны. При­шел домой и спросил об этом отца. Отец был пьян, и лучше было бы в это время воздержаться от любых вопросов, но любопытство взяло верх. Отец сказал: «Я тебе лучше все покажу, чем рассказывать». Взял журнал с порнографи­ческими картинками и показал места между ног у женщин, чего мальчик никогда раньше не видел. «Я смотрел в изум­лении и застыл на месте», — сообщил клиент. Этот эпизод глубоко врезался в память.

132

Действия отца психотерапевт квалифицирует как сек­суальную агрессию, хотя она была и не явная, поскольку физического сексуального контакта не было. Но послед­ствия любой — явной и скрытой — сексуальной агрес­сии, по мнению Дженет Войтиц, бывают тяжелые. В дан­ном случае у молодого человека укрепилось отвращение к любому обнаженному женскому телу, причем клиент этого не осознавал. Первым шагом на пути преодоления проблемы стало осознание клиентом в процессе психоте­рапии характера своей проблемы и события, которое ее вызвало (поведение отца).

Любое вмешательство в свободные и нормальные отно­шения ребенка, молодого человека с противоположным полом, которое нарушает психосексуальное развитие и мешает приобретать собственный сексуальный опыт, по мнению Войтиц, есть уже скрытая сексуальная агрессия или сексуально оскорбительная форма поведения. Вот ряд примеров, взятых из высказываний клиентов, которые были на приеме у Дженет Войтиц:

—Как только я планировал пойти на свидание, мама тотчас жаловалась на нездоровье, и я испытывал силь­ное чувство вины, оставляя ее.

—Мой отец всегда плелся хвостом за мной, когда я ходила на свидание.

—Мой отец обычно оскорблял моих друзей-юношей, в результате чего они больше ко мне не приходили.

—Моя мама всегда была ревнива к моим подругам, — сообщает юноша.

—Меня всегда обвиняли в совершении аморальных по­ступков, когда я возвращалась со свидания.

—Меня беспокоило то, что отец ценил меня выше, чем маму. Я была как будто больше его женой, чем мама. Это чувство усугублялось еще и тем, что я была лучшей хозяйкой, чем мама.

—Мама сказала, что думает обо мне, о сыне, все вре­мя. Я чувствовал себя виноватым, что не думал о ней все время.

133

—Мне сказали, что родители очень хотели иметь маль­чика, когда меня ждали. Ко мне относились как к мальчи­ку. Я долго мечтала, как бы выковырять свои груди и сде­лать их плоскими.

—Когда отец пришел пьяный, он побил и изнасиловал мать. Я была в той же комнате, но притворилась спящей. Меня охватил ужас, что он меня обнаружит и я буду сле­дующей жертвой. А я была так беспомощна.

Это далеко не полный перечень того, что слышит психо­терапевт, занимающийся лечением последствий сексуаль­ной агрессии.

Подобное отношение родителей к ребенку травмирует его психику.

Результаты научных исследований доказывают, что для психики ребенка одинаково неблагоприятно как само на­силие (имеется в виду не только сексуальное насилие, но и любая агрессия, жестокое обращение), совершаемое над ним, так и ситуация, в которой ребенок был лишь свидете­лем насилия.

В нормально функционирующей семье есть хотя бы один взрослый, с которым ребенок может обсудить лю­бые тревоги, все трудные вопросы, даже те, что связаны с сексуальными переживаниями, и получить на них благо­желательные ответы. Другое дело, что родители могут ока­заться не подготовленными дать исчерпывающий ответ. Честное заявление «не знаю» всегда лучше замалчивания. Однако ребенок не обязательно должен все рассказывать родителям. Всякий человек, в том числе ребенок, имеет право на тайну.

Американский психотерапевт Дж.Гейл в книге «Сексу­альность подростков: руководство для родителей» пишет: «Из всех благ, которыми родитель может наградить своего взрослеющего ребенка, возможно, самое ценное для него — признание его сексуальности как нормальной части лич­ности и разрешение проявлять свою сексуальную энергию. Дайте подростку понять, что для юноши (девушки) его воз­раста уже естественно не только влюбляться, но и искать

134

физической близости. В то же время подросток должен понять, что сексуальная активность для него совершенно не обязательна, и если он (она) не хочет вступать в интим­ные отношения, то это тоже совершенно нормально».

Свобода

Это сладкое слово свобода! Иметь свободу рисковать, исследовать неизвестное и делать то, что сам человек счи­тает необходимым, является еще одной нашей потребнос­тью. Вместе с такой свободой приходит ответственность. Непосредственность действий обычно проявляется в здо­ровых формах поведения. Принуждение к действию без внутреннего приятия человеком того, к чему его принужда­ют, обычно ведет к девиантным (отклоняющимся от нор­мы) формам поведения.

Люди, выросшие в условиях эмоциональных репрессий, когда не принято выражать открыто свои чувства и наме­рения, часто действуют импульсивно, необдуманно, вне­запно. В таких случаях много тратится энергии на устране­ние тех последствий, к которым приводит импульсивное поведение. В жизни как шахматисты, так и не умеющие играть в шахматы обязательно думают по меньшей мере на два хода вперед. Импульсивность может обернуться про­тив наших лучших интересов.

Свобода действий связана со свободой выбора. Сделать выбор всегда непросто. Родители из желания помочь ре­бенку часто лишают его этой возможности, а в результате, став взрослым, человек испытывает трудности, когда при­ходится принимать самостоятельные решения.

Я знала молодую женщину, которая рано вышла замуж, стремясь к свободе и самостоятельности. Это был импульсив­ный поступок — без раздумий, без попытки понять свои чув­ства к будущему мужу. Позднее, когда стало ясно, что брак неудачен, женщина сама говорила, что единственное, что ею руководило, это желание избавиться от домашнего ига.

А один молодой человек объяснял свое злоупотребление алкоголем тем, что дома родители «устроили прессинг по

135

всему полю». Он «дорвался до свободы» и вот таким бес­смысленным способом ею распорядился.

Однажды я присутствовала в одной американской шко­ле в городе Питтсбурге в классе, где учатся восьмилетние дети. Я не знаю, как назывался урок. Тема урока была от­печатана крупными буквами и гласила: «Как я могу сделать правильный выбор». Учительница сказала мне, что возмож­ными вариантами ответа, к которым она направляет мысль детей, могут быть:

• Я могу остановиться и подумать, прежде чем что-либо сделаю.

• Я могу быть упорным тружеником.

• Я могу придерживаться положительного отношения к себе и другим.

• Я могу сознательно выбирать себе друзей.

• Я могу тихо сидеть на своем рабочем месте и делать уроки.

Больше всего меня поразило то, что я ни разу не услыша­ла от учительницы при обращении к ученикам фразу «Ты должен». Как хорошо, когда дети усваивают «Я могу» вмес­то резкого «Ты должен».

У одной моей знакомой два сына-близнеца. По характе­ру они очень разные. К двенадцатилетнему возрасту у них обозначилось прямо противоположное отношение к учебе. Сережа прилежен, усердно выполняет задания и хорошо успевает. Андрей хаотичен во всем, прилежания к учебе не проявляет, оценки крайне неровные. Пока мать говори­ла прилежному Сереже: «Ты должен помочь Андрею», — ничего хорошего не выходило.

Однажды мама нашла нужный тон и сказала: «Сережа, а ты можешь помочь Андрею?» Результаты были порази­тельные. С тех пор при обращении к детям мама полнос­тью выбросила слова, обозначающие, что долженствова­ние идет извне. Лучше всего, когда человек сам себе при­казывает, когда ежедневно убеждается: «Я могу! Когда я

136

ежедневно делаю свой выбор, я ответственен за него и толь­ко в этом случае я чувствую себя свободным».

Забота

Одна из высших потребностей человека состоит в том, чтобы заботиться о ком-то, равно как и испытывать на себе чью-то заботу. Почти все высшие потребности человека имеют двустороннюю направленность — на окружающих и на себя. Давать и брать. Такова диалектика сложных яв­лений. Поэтому бытие и не может быть полным в случае, если кто-то только берет или только дает. Кто-то может и не согласиться с этим. Мы наблюдаем вокруг себя многих матерей, которые только и делают, что заботятся о своих детях до самопожертвования, до отречения от собственных интересов и потребностей.

По моим наблюдениям над семьями, воспитуемые (это могут быть не только дети, но и мужья или другие члены семьи) отвергают заботу о себе, если кто-то только дает им и ничего не желает брать. Все дело в том, что «избыточная» забота может исходить от человека (чаще всего это мать, жена), который не уделяет должного внимания своим по­требностям, своему «Я», своему внутреннему миру, в ре­зультате чего его самооценка становится минимальной.

Как живет такая мать? Она постоянно приносит жерт­вы, она несет свой крест. Однажды она может сказать: «Я на тебя жизнь положила, а ты...» Или же от нее можно услышать: «Я не заслужила такого жестокого обращения с собой». Не случайно в обоих случаях центром высказыва­ний будет «Я». Она заботилась всю жизнь о ком-то, чтобы приобрести более высокую оценку, как в глазах окружаю­щих, так и в собственных. Двигателем была очень низкая самооценка и необходимость подпитки чувства собствен­ного достоинства извне.

Будучи ребенком, эта женщина редко слышала от близ­ких (отца, матери) похвалу, признание ее хороших качеств. Ей просто уделяли мало внимания, редко говорили о том,

137

что понимают и разделяют ее чувства. Откуда же взяться положительному отношению к самой себе, адекватной са­мооценке?

Будучи девочкой, что бы она ни делала, им (близким) все было мало. (Вспоминаете Таню?) Она привыкла связывать свое душевное равновесие только с внешними событиями. Вот и направляет теперь всю свою энергию на заботу о ре­бенке. А ей бы хоть ненадолго остаться наедине с собой, прислушаться к своим импульсам, ведь это важная инфор­мация о нас самих.

Есть простой способ узнать, в какой семье вырос чело­век — в благополучной или неблагополучной (в научных терминах — в функциональной или дисфункциональной). Спросите кого-нибудь: что вам мама говорила в детстве, когда хотела вас похвалить? А что говорила, когда не одоб­ряла ваши действия? Если на первый вопрос человек зат­рудняется ответить, а на второй отвечает быстро и вспо­минает много вариантов, то он вырос в дисфункциональ­ной семье.

Истоки самооценки — в раннем детстве. Низкая само­оценка может быть двигателем чрезмерной заботы об ок­ружающих, той заботы, которая сковывает свободу их вы­бора. Такая забота тягостна. Люди ее отвергают явно или тайно. В чем они действительно нуждаются, так это в со­чувствии, сопереживании, во внимании, в принятии и одоб­рении. Все это может дать только тот человек, кто умеет распознавать и удовлетворять свои потребности. Дайте же и своим детям возможность позаботиться о вас.

Любовь без всяких условий

Многие из нас смотрят на любовь как на жизненный опыт, ограниченный временем и определенным, узким крутом лю­дей. Говорят: «Он влюбился на прошлой неделе», «Он уха­живает уже месяц за девушкой из соседнего двора». В дей­ствительности это чаще всего только влюбленность.

Любовь — высшая потребность человека. Это не просто чувство, а вся энергия человека, направляемая на то, что-

138

бы и он сам, и тот, кого он любит, росли и развивались во всех отношениях, включая физические, психические, эмо­циональные и высшие духовные измерения.

Любовь — самый исцеляющий, самый благотворный наш внутренний ресурс. Человеку необходимо, чтобы его любили, особенно в детстве. Если с кем-то плохо обраща­лись в детстве, то может исчезнуть сама способность лю­бить других и даже самого себя.

Когда я вижу жестоких парней, то и дело стремящихся подраться, разрушить что-нибудь, ни во что не ставящих даже свою жизнь, я всегда думаю, что их не любили в дет­стве. Им свойственны пониженная самооценка, чувство дефективности, недостаточной самоценности. Для того чтобы заглушить это чувство, скрыть, не выказать его, они и совершают свои выходки, осуждаемые обществом. Они не верят, что могут самореализоваться каким-то другим, творческим, созидательным образом. Разрушать все на своем пути, разрушать себя — алкоголем, наркотиками — одно из последствий пониженной самооценки, которая, в свою очередь, есть недостаточный опыт любви в раннем детстве.

Чтобы человек был в состоянии отдавать любовь, необ­ходимо его самого любить, причем без всяких условий. Любовь предполагает заботу о человеке, преодоление труд­ностей и конфликтов, прощение, доверие, посвящение себя его благополучию, приятие его таким, каков он есть, без всяких условий и просто мирное бытие с ним, с собой. Это самая целительная наша внутренняя сила.

<< | >>
Источник: Москаленко В.Д.. КОГДА ЛЮБВИ СЛИШКОМ МНОГО: Профилактика лю­бовной зависимости.. 2006

Еще по теме важнейшие потребности души:

  1. 3. Потребности социального существования и личность
  2. 1. Социальные и социально-политические установки личности
  3. Карен ХОРНИНЕВРОТИЧЕСКАЯ ПОТРЕБНОСТЬ В ЛЮБВИ
  4. Счастье включает в себя всё что любит «Я» там, где находится, всё, о чём мечтает сознание, что видит воображение и то, чего хочет Душа.
  5. II. 4.3. Мотивация как проявление потребностей личности
  6. 4.4.1 Непроизвольное (экзогенное) внимание
  7. Глава 14 ЛИЧНОСТЬ
  8. § 1. Профессионально важные психологические качества воспитателя
  9. ГЛАВА 16 – ПОВЕДЕНИЕ ПО СЦЕНАРИЮ
  10. ГЛАВА 26 – БАНКРОТЫ В ЛЮБВИ
  11. СОДЕРЖАНИЕ
  12. важнейшие потребности души
  13. ИСТОРИЯ РУССКОЙ ДУШИ
  14. [ПСИХОЛОГИЯ КАК НАУКА О ДУШЕ][16]
  15. Глава 7. Психокоррекционная работа с семьями больных с зависимостью от психоактивных веществ В.Д.Москаленко
  16. Джеймс Хиллман СТО ЛЕТ ОДИНОЧЕСТВА: НАСТУПИТ ЛИ ТО ВРЕМЯ, КОГДА ПРЕКРАТИТСЯ АНАЛИЗ ДУШИ?